Пусть запоёт деревня, оживет!

11 февраля по радио в передаче «Взлетная полоса» я услышала,  что в мае российское хоровое общество объявляет конкурс хоров под названием «Поющая деревня». На меня сразу нахлынули воспоминания моего детства, которое прошло в селе Мурзицы Нижегородской области. Молодежи здесь было много, все жили и работали в своем селе, никто никуда не уезжал. Вечерами девчата собирались у чьего-нибудь дома на длинной лавочке. К ним приходили ребята с гармошками (а гармонистов было много), и девчата, выходя парами, пели частушки собственного сочинения, отплясывая чечетку. Их звонкие голоса неслись по всей улице. Далее ребята шли на следующую улицу, и все повторялось снова. Так развлекалась молодежь до первых петухов. 

Помню, как родители готовились к встрече старинных праздников, на которые собирались родственники и гуляли по 2-3 дня, ходили по очереди в каждый дом. Собирались ближе к вечеру, так как надо было сначала управиться с домашними делами, а потом уже и пойти в гости, отдохнуть. За накрытым столом начинали петь. Ах, какое это было исполнение русских народных песен! Это было многоголосое пение, и хотя поющие были без музыкального образования, у них был такой слух, они могли так импровизировать мелодии песен! А какие были сильные голоса… Свет в лампе дрожал, когда звучал этот небольшой, но многоголосый хор.
Перед нашим домом была большая зеленая лужайка, и в старинные церковные праздники женщины надевали свои нарядные сарафаны, золотые кокошники, палевые и тюлевые платки, вставали в большой круг и, взявшись за руки, ходили по кругу и пели старинные песни. Так пела деревня до войны. А дальше — война. В каждый дом стали приходить «похоронки». Я опущу эти тяжелые годы.
В Шумерлю я приехала в ноябре 1955 года, никого не знала. Пошла в отдел культуры и меня сразу приняли на работу в РДК художественным руководителем. Пришла туда, а там сидит один баянист – А. Соловьев. Народу никого нет, как привлечь молодежь? Саша говорит: «Недавно открылся пошивочный цех, артель им. Ширшова, давай сходим туда». В обеденный перерыв мы пришли в артель, смотрим — сидят одни девчата. Начали приглашать их в РДК на самодеятельность, и они все согласились. На репетицию приходили после работы, а когда работали во вторую смену, прибегали в обеденный перерыв. Образовался хор из 30 человек, почти одни девочки, мальчиков было всего трое. А летом 1956 года мы уже поехали в Чебоксары на конкурс, и нам дали призовое место. Солистку хора Э. Афон пригласили в музыкальное училище на вокальное отделение, куда она и поступила после окончания школы. Хорошие были девочки — ответственные, дисциплинированные, голосистые. Особенно хочется вспомнить М. Бурову, М. Мясникову-Пулину (уехав в Чебоксары, пела в хоре при филармонии), Р. Служаеву-Дмитриеву, Р. Неводину, а также В. Ермолаева.
В этот же год проводился праздник песни и труда. Из Чебоксар приехал композитор Фандеев, собрал группу из 4 человек — представителей горкома партии, куда пригласили и меня. Поехали к Суре, выбрали место для проведения праздника в лесу, подобрали репертуар для сводного хора. В то время в сводный хор приглашали как можно больше народу, поэтому из близлежащих деревень приезжало много молодежи. В городе разучить песни для сводного хора проще, а как быть с деревнями? Там нет специалистов по музыке. Отдел культуры собрал клубных работников сел и деревень в РДК. Мы раздали им ноты и слова песен, я стала разучивать с ними мелодии. Одна девушка обратилась ко мне с просьбой помочь им разучить эти песни у них дома, так как там нет ни музыкального инструмента, ни руководителя. Я согласилась помочь. За мной приехали два парня на велосипедах. Один велосипед отдали мне, а на втором впереди ехал парень с аккордеоном на багажнике. Второй парень шел за нами пешком. Я не помню, как называлась эта деревня, ведь прошло уже 60 лет, только до сих перед глазами — длинная улица и чистая зеленая трава. На репетицию собрались ближе к вечеру прямо на зеленой лужайке на краю улицы. А на другое утро (мне пришлось переночевать там) после дойки коров (девчата работали доярками) мы опять собрались на том же месте на репетицию. С каким удовольствием девочки разучивали песни! Все были голосистые, веселые, озорные. Они попросили меня приезжать к ним почаще.
Как только я начала работать в РДК, меня вызвала заведующая гороно и в приказном порядке велела работать в детском саду завода «Труженик», кажется, так тогда назывался нынешний завод спецавтомобилей. Садик находился в небольшом одноэтажном деревянном здании. В нем было всего 3 группы. Вот коллектив воспитателей в 1956 году.
Выйдя на работу в детский сад, я не знала, с чего начать. Там не было ни одного сборника детских песен, ни методической литературы. И вот воспитательница А. Логинова (впоследствии заведующая А.А. Белова) стала мне напевать детские песни, мелодии плясок, я подбирала музыку — так начиналась моя работа с детьми.
В 1957 году меня пригласили работать в комбинатский детский сад. Заведующей туда пришла работать В.А. Дмитриева. Она принесла сборники детских песен, методическую литературу, чем значительно облегчила мою работу. Детский сад находился в старом двухэтажном деревянном здании, но воспитатели все были молодые, одаренные и очень активные.
Уходя в декретный отпуск, работу в РДК пришлось оставить и целиком переключиться на работу в детских садах. В это время начали проводиться конференции для родителей детей, посещающих садики. После докладов и выступления детей с музыкальными номерами выступали и воспитатели.
В 1963 году меня вызвали к директору мебельного комбината. Из непродолжительной беседы я поняла, что должна пойти в клуб мебельного комбината художественным руководителем. Пришлось согласиться. Опять нужно было собирать людей, помогал С.А. Воронков (профком), ходил со мной по цехам, мы собирали молодежь, уговаривали приходить в клуб на занятия. Собрался хор около 60 человек. Разучивали и пели песни советских композиторов, русские народные песни, начали разучивать «Попутную» песню Глинки и хор из оперы Глюка «Орфей и Эвредика».
В то время администрация завода интересовалась работой клуба, а А.Т. Речнов несколько раз приходил вечерами в клуб, спрашивал, как идут дела, и даже предлагал поставить оперетту. Но у меня не было репертуара и оркестра. Хотя один дуэт из оперетты звучал в исполнении Л. Меньшиной и В. Костюкова.
Солисты с удовольствием приходили ко мне на индивидуальные занятия. Даже К. Большаков, будучи в почтенном возрасте, с желанием разучивал и исполнял «Блоху» Мусоргского. Очень любила заниматься З. Жигалова, у нее был сильный альт широкого диапазона, что позволяло ей исполнять романс Полины из оперы «Пиковая дама» Чайковского. Т. Угодина исполняла «3-ю песню Леля» из оперы «Снегурочка» Римского-Корсакова, З. Андреева — «Соловья» Алябьева, Ю. Кюрленя – «Вернись в Сорренто», В. Хаяркин — «Я помню чудное мгновенье» Глинки. Хорошие были дуэты: Л. Меньшина и З. Жигалова исполняли дуэт Лизы и Полины из оперы Чайковского «Пиковая дама» и «Горные вершины» (музыка Рубинштейна), Т. Угодина и З. Жигалова — дуэт Прилепы и Миловзора из оперы Чайковского «Пиковая дама». В исполнении В. Хаяркина и Р. Нефедова звучали «Моряки» (муз. Вильбоа). Талантливые были ребята, жаль, что многих уже нет в живых.
1965 год. В связи с уходом в декретный отпуск ночную работу в клубе пришлось оставить и переключиться целиком на работу в детских садах. В это время комбинат начал организовывать конкурс художественной самодеятельности между цехами. Детские сады комбината тоже решили присоединиться к этому конкурсу. 3 года подряд мы занимали первые места. А потом нам не стали давать первых мест, дабы не отбить охоту соревноваться другим цехам. Стали говорить, что в нашем хоре одни профессионалы, но один из членов жюри сказал: «Да какие профессионалы, если там стоит моя жена с полным отсутствием музыкального слуха». Таких у нас в хоре было много, но к участию в конкурсах надо было привлекать как можно больше людей, и брали всех подряд, невзирая на наличие или отсутствие слуха.
1988 год. Мне предложили организовать хор ветеранов. Обзванивала знакомых, приглашала принять в нем участие. На первую репетицию пришли 4 человека, а затем стали приходить еще и еще, и собрался хор в 20 человек. Этим составом мы выступили в клубе «Октябрь» на 23 февраля и в клубе комбината на 8 марта. В октябре нам разрешили проводить репетиции в РДК. Комнатушка была маленькая, ходить было далеко, а потом был еще и страшный гололед, и мы решили разойтись. Так распался наш первый хор ветеранов.
Май 1992 года. Я ушла на заслуженный отдых и прекратила свою музыкальную деятельность. Хочется знать и увидеть, как будет петь деревня, сможет ли российское хоровое общество заставить ее запеть? Я думаю, что сможет! Талантов там много, но им нужна помощь музыкальных руководителей и хороших организаторов. И запоет деревня, и оживет. Удачи конкурсу хоров «Поющая деревня» и в путь на радость людям!
Н. Мусатова.

Автор записи: admin

Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *