Сурский рубеж обороны:

и слёзы, и гордость, и память…

Когда в октябре 1941 года немецкий вермахт продвигался к Москве и Москва готовилась к обороне, в ГКО был обсужден и принят предварительный план строительства оборонительных и стратегических рубежей в глубоком тылу на Оке, Дону, Волге. В основном и дополнительных планах тылового оборонительного строительства ставилась задача укрепления Горького, Казани, Куйбышева, Пензы, Саратова, Сталинграда, Ульяновска и других городов. В случае неудачного для советских войск развития оборонительных операций они должны были задержать противника на новых рубежах.
Сурский рубеж обороны был сооружен по правобережью рек Сура, Уза, Няньга, Чардым на территории Марийской, Чувашской, Мордовской АССР, Горьковской, Пензенской, Саратовской и Ульяновской областей, предназначавшийся для задержания гитлеровских войск на подступах к Казани, Куйбышеву, Ульяновску и др. Строительство линии оборонительного рубежа началось в 1941 году. По территории Чувашской АССР рубеж проходил вдоль Суры по линии Засурское (Засурье) Ядринского района — Пандиково Красночетайского — Майдан Алатырского районов — Алатырь до границы с Ульяновской областью. В строительстве сооружения приняли участие десятки тысяч жителей ЧАССР.
Мобилизованное население объединялось в рабочие бригады по 50 человек. За каждым районом закреплялся прорабский участок. В качестве начальников прорабских участков направлялись первые секретари Чувашского республиканского комитета ВКП(б) и председатели исполкомов райсоветов депутатов трудящихся. Им поручалось «обеспечить нормальную работу мобилизованных своего района»: разместить в окружающих селениях, бараках, построить землянки. Колхозы должны были организовать поставку продуктов и фуража, врачебные участки обеспечить необходимыми медикаментами. Были организованы военно-полевые сооружения (ВПС) с центрами в Ядрине, Шумерле, Порецком, Алатыре.
Десятки тысяч трудящихся и обозы продовольствия направлялись на рубеж, из наиболее отдаленных районов приходилось проделывать стокилометровый путь. По информации Государственного архива современной истории Чувашии, на работу было направлено 171 450 рабочих, 13 660 человек конных. Ежедневно на строительстве «в среднем участвовало 85 тысяч человек, а отдельными периодами эта цифра поднималась до 110 тысяч человек». Работа «велась без единого выходного дня за все время строительства, не прерываясь и в самые сильные морозы, доходившие в отдельные дни до 40 градусов. Отдаленность рубежа, слабая его населенность затрудняли размещение людей и осложняли доставку продовольствия и фуража».
Условия, в которых жили и работали люди, были тяжелейшими. Катастрофически не хватало тёплой одежды и помещений, где можно было бы обогреть людей. Жили в холодных бараках, палатках и шалашах. Во время работы особенно быстро изнашивались рукавицы и обувь. Для решения проблемы была организована торговля лыком и лаптями.
Питание было однообразным и скудным. Бывало, что из-за периодических перебоев с доставкой продовольствия рабочие по несколько суток не ели. Были факты доставки гнилых продуктов. Кто-то не выдерживал и дезертировал. По ряду районов отмечено 139 случаев дезертирства.
Трудились вручную, механизированные орудия и техника были редкостью. Каждый район должен был обеспечить своих рабочих инвентарем (лопатами, кирками, ломами, кувалдами, пилами, тачками, носилками). Принимались меры по обеспечению рабочих необходимым строительным материалом (строительными инструментами, лесом, цементом, кирпичом), но его не хватало. Медицинская помощь на месте строительства не оказывалась, врачи на место стройки также не выезжали. Люди обмораживали конечности, падали в рвы, были случаи обвала при разработке грунта.

Сохранилось письмо 17-летней девушки из Канашского района: „Мама, вышлите мне белье, хлеба и картошки. Вы меня больше не увидите, как и я вас не увижу. Люди говорят, что и раньше во время рытья окопов люди умирали. Видно, и мне не придется вернуться домой“.
21 января 1942 года на имя наркома внутренних дел Л. Берии была послана телеграмма, подписанная начальником 12-го Армейского управления Леонюком, председателем Совнаркома Сомовым, секретарем обкома Чарыковым: «Задание ГКО по строительству Сурского оборонительного рубежа выполнено. Объём вынутой земли — 3 млн кубических метров, отстроено 1600 огневых точек (дзотов и площадок), 1500 землянок и 80 км окопов с ходами сообщений». Несмотря на нечеловеческие условия, директива Госкомитета обороны по возведению Сурского оборонительного рубежа и Казанского обвода в пределах Чувашии выполнена в установленные сроки. Строительство на Сурском рубеже закончено за 45 дней, 20 января 1942 года, на Казанском — 25 января 1942 года, причем ряд полевых строительств (Алатырь, Порецкое, Шумерля, Янтиково) закончили досрочно.
Информация из открытых источников.

Участником той поистине народной стройки был В. СИМСОВ, ветеран Великой Отечественной войны, Почетный гражданин Шумерлинского района, ныне покойный.

Вот что он писал об этом в своих воспоминаниях в 2012 году:
«Не было ни одного колхоза в республике, который бы не участвовал в этой всенародной стройке. На строительство рабочим полагалось явиться одетыми по-зимнему, иметь при себе смену белья, полотенце, рукавицы и варежки, постельные принадлежности, котелок или миску, ложку, лопату на каждого, один топор на 5 человек, один лом на 20 человек и одни носилки на 10 человек.
А общее стремление было одно – сдать объект досрочно. В развернувшемся социалистическом соревновании застрельщиками были комсомольцы авиационного завода, не отставала от них и бригада № 4 колхоза «Комбинат». На одном из своих собраний молодежь приняла обязательства: «…вызвать на социалистическое соревнование рабочих бригады № 3; отчислять однодневный заработок в фонд обороны ежемесячно вплоть до полного разгрома фашистской Германии; отчислить однодневный заработок на строительство бронепоезда «Комсомол Чувашии». Их примеру последовали и другие бригады. Правда, были и проявления упаднических настроений: «Это затея пустая, ненужная, укрепления ничего не стоят для врага…» Поводом для таких разговоров являлись нередкие бомбежки городов Горький, Арзамас, Дзержинск.
Всего на строительстве работали 420 политруков, 3200 агитаторов, среди них были и товарищи, утвержденные Шумерлинским райкомом партии. Мне часто приходилось встречаться с политруком А.А. Абашиным, который был прикреплен к нашему участку. Много сил вложил он в строительство, никогда не унывал, был оптимистом. Его настрой передавался всем работавшим. Глубоко уважали на стройке и начальника одного из участков — С.П. Носкова. Энергичный, инициативный руководитель. Он интересовался ходом работ на каждом объекте, не упускал из поля зрения вопросы обеспечения рабочих жильем, продовольствием, материалами.
Запомнился и руководитель технической части строительства, коренной шумерлинец И.А. Федулов. Под его руководством был построен умело замаскированный дзот на берегу Суры, который имел широкий обзор всего противоположного берега. Вообще же на участке № 1, где работали шумерлинцы, были оборудованы 39 дзотов и дотов, 32 землянки, 27 км эскарпа вдоль берега Суры, 3 км противотанковых рвов, 4 наблюдательных пункта и другие сооружения.
Рубеж был передан под контроль райвоенкомата, охранять его должны были сельские советы. Так как он строился в зимнее время и для зимних условий, на них же возлагались обязанности по сохранению его от весеннего паводка, восстановлению разрушений и организации маскировочных работ. Линия поддерживалась в полной боевой готовности до конца 1943 года, пока необходимость в ней не отпала».

Автор записи: anna

Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *