Сурский рубеж, или подвиг шумерлинцев на Суре

Шумерлинцам – участникам строительства Сурского
оборонительного рубежа зимой 1941 года посвящается

Не миф, не сон — на самом деле был
Той осенью, в начале той войны.
Приказ: построить рубежи – но с тыла,
Внутри и в глубине своей страны!

Важнейшее тяжёлое заданье,
Как только это людям превозмочь?
Так надо – у людей есть пониманье -
Объект сдать в срок -трудиться день и ночь.

Лопаты, кирки и ломы, кувалды,
Носилки, тачки — вот весь инвентарь.
Боёв еще не слышно канонады,
Встал на защиту люд: и млад, и стар.

Тянулись, как резина, дни и ночи,
Ломался из железа инструмент.
Решали сверхсложнейшие задачи
Рабочий класс и сельский контингент.

Кипела настоящая работа,
Пахали все – без выходного дня.
Не предусмотрено войною льгота,
Чтоб лишний раз погреться у огня.

Объём работ – огромное пространство,
Ресурс — людской и вид работ — ручной.
Спасибо вам – колхозное крестьянство,
Где женщины, подростки встали в строй.

Мужья, отцы – они уже на фронте,
И некоторых нет в живых уже.
Светлеет где–то даль на горизонте,
Невесты, матери — на Сурском рубеже.

И закружилось, всё пришло в движенье,
И не смирилась Родина с бедой.
Геройский труд в тылу, он – как сраженье,
Он — как смертельный и последний бой.

Враг под Москвой – минутные обеды,
Не видно края и конца войны.
В висках стучало – надо для Победы,
В сердцах биенье – нужно для страны.

Ах, женское терпенье, сила, воля -
Растили хлеб и живность, и детей.
Немыслимая выпала вам доля -
И ждали-ждали с фронта новостей.

Изнашивались обувь и одежда,
Не доживая гарантийный срок.
В душе жила–была одна надежда,
Надежда на победу – дай-то бог!

Когда мороз – земля не поддавалась,
Лопаты ль, топоры не так остры?
И чтоб облегчить женский труд на малость,
Сжигали – землю обогреть – костры.

И день за днём копали, рыли люди,
Десятки, сотни тысяч человек.
Закована Сура, воды не будет,
Покамест не раздолбишь лёд и снег.

И рыли «точки», блиндажи, окопы,
Не замечая, как проходит день.
И в списках числились как землекопы
Из города, из сёл и деревень.

И люди, как солдаты, встали в роты,
Лопаты, как винтовки, вгрызлись в снег.
Как в сказке, появились дзоты
Вдоль берегов озёр и мелких рек.

Добротные землянки в три наката
И дзоты для обстрела в три окна.
Их строили мужчины и ребята,
Саперы инженерного звена.

Царапины, ушибы, травмы, боли -
В попутчиках у тружениц недуг.
…Текла — сочилась кровь из ран тем боле
И из разодранных мозолей рук.

Работа так выматывала душу,
Упасть бы на солому и… отбой.
По вечерам не пели здесь «Катюшу»,
Хотя был берег правый и крутой.

Питанием снабжали все колхозы –
Лишь скудный суп и хлеб, и кипяток.
И в то же время «красные обозы»
Зерно сдавали фронту в нужный срок.

Носков — предисполкома райсовета
Командовал людьми как только мог.
Он отвечал за всё — за то, за это,
Не выполнишь заданье не дай бог.

Работал сам с рассвета до рассвета,
Уставший, потерявший сон-покой.
Награду заслужил за дело это,
Хотя там каждый-каждый был герой.

«Россия велика — назад ни шагу!»,
«Работать всем не покладая рук» -
Так поднимал людей, как бы в атаку,
Как на войне, Абашин – политрук.

Руками женщин, девушек, подростков
Здесь вынуто земли милльоны тонн.
И вынуты они не для погостов –
Чтоб задержать врага мог батальон.


Война всегда – трагедия и драма
Для человека, в целом для страны.
…И у Кумашки лес валила мама,
В семнадцать лет работать все должны.

Построить чтоб землянки и траншеи,
Нужон лесной древесный матерьял.
Болели руки, ноги, спины, шеи,
Девчата лес валили наповал.

А завтра… завтра снова на делянку,
Пилить вновь лес – таков суровый рок.
И греться шли все в старую землянку,
Где скудный продовольственный паёк.

Не подводил колхоз отряд девичий,
Стахановки двойной давали план.
И в мыслях, и в поступках нет отличий -
За Родину, за дедов, пап и мам.

Пилу воспринимали как винтовку,
Оружие в руках – к чему слова.
Так проводили лесозаготовку –
Для паровозов край нужны дрова.

Давила тяжесть, на пределе жилы,
Невыносимо было так порой.
Не зря же говорили старожилы,
Что заготовка леса — фронт второй.

А дома снова кончились дровишки,
Бегом домой, глотая снег взахлеб.
Там умирали с голоду братишки -
Она несла спасительный им хлеб.

Уходят цветопадом юнны годы,
Ах, молодость, не до тебя пока.
«Для фронта всё» – у всей страны невзгоды,
Морозы-то в районе сорока.

День изо дня – четыре страшных года,
Лишь в сорок пятом к ним пришла весна!
И женщины у нас иного рода -
Их таковыми сделала война.

У мамы ордена, есть и медали,
Награды просто так ведь не дают.
Но всех ценней медаль из грозной дали –
«За доблестный в тылу ударный труд!»

***

Давно, как пули, отсвистели ветры,
Сменились поколения людей.
Траншеи те — не метры, — километры, -
Убежищами ль стали для зверей?

По нынешним понятьям был «девичник»,
Четыре пятых части – женский пол.
… Расцвёл обильно нынче сочевичник,
А ландыш почему-то не расцвёл.

Растут берёзы, тополя и липы
В местах, где раньше были блиндажи.
Праправнуки – живые прототипы -
Возьмут уже другие рубежи.

Кто был в тылу, тот каждый признавался:
«Хотелось есть… крахмальное «пюре»…
…И в памяти потомков вcё ж остался,
Тот подвиг шумерлинцев на Суре.

Сквозь паутину лжи и пересуды
Становится понятней и важней:
…Нет никого сильнее вас! О, люди!
Народ наш крепче всяких рубежей!

Иллюзий никаких уже не будет,
Останется пусть в памяти навек…
И помните вы этот подвиг, люди!
И помни это, 21-й век!

Сура потоком быстрым пенит воды,
Уносит то ли в память, то ли в даль.
… Как быстро пролетели эти годы,
И мамы нет на свете – в том печаль.

Победы символ — флаг краснознаменный,
Алеет гордо, устремленный ввысь!
И знать бы нужно всех нам поимённо,
Кто подвиг совершил и дал нам жизнь!

Андрей Мостайкин.

Автор записи: anna

Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *